Вовка идет рядом и улыбается. Он длинный, выше Валерки на целую голову. Глаза у него зеленые и хитрые. И волосы не как у всех людей. У всех людей или светлые, или темные. А у Шошина желтые, будто их в яичном желтке вымазали. Потом, Вовка врать любит. В этом деле никто с ним тягаться не может: чемпион. Никогда не знаешь, правду он говорит или врет.

- Валерка, а Валерка, - говорит Вовка, - заруби на носу: я тебя слушаться не буду... У меня такой уж характер: все делаю наоборот... от меня даже мама отказалась. Один раз чуть-чуть из школы не исключили. А ты для меня - тьфу! Я сам могу быть председателем... Да не хочу.

Валерка молчит.

- И вообще я человек отчаянный! - разошелся Шошин. - Меня даже старший брат боится... Я...

- Трепач ты! - говорит Валерка и тут же, растопырив руки, летит на тротуар: Вовка подставил подножку.

- Ну погоди!

Не отряхивая снег с пальто, Валерка бросается за Шошиным. Но длинного, увертливого, как ящерица, Вовку коротышке Валерке не догнать.

- Ух, надаю! - грозит он кулаком. - Подумаешь, характер... У меня тоже характер будь здоров!

Домой Валерка приплелся мрачный. Бросил в угол мокрый портфель. Стал вешать пальто - вешалка оборвалась. Прицепил за воротник. Щека горела, будто к ней горчичник прилепили. Бабушка (она приехала погостить из деревни), подняв на лоб очки, только покачала головой. Налила супу, пододвинула хлеб. Валерка поднес ложку ко рту, сморщился.

- Вот жизнь! Опять грибной... А на второе что?

- Рыба жареная.

Рыбу Валерка любил.

- Бабушка, - съев два куска щуки, похвастался он, - а меня сегодня председателем совета отряда выбрали. Единогласно!

- Ишь ты! - удивилась бабушка. - А я, грешным делом, подумала, что ты с кем-то подрался... Пионерским, значит, председателем назначили? Твой-то папка тоже начальник. Главный инженер и член этого... завкома...